Поразительным образом Тётушка Судьба вертит иногда вокруг меня истории.
Сюжет первый. Мама катит коляску, где плачет-заливается дитя, хорошо, если года от роду.
— Надоест орать — заткнёшься!
Громко, членораздельно, без усталости и раздражения. Привычно-равнодушно.
Сюжет второй. За спиной слышу:
— Ну ты ведь большая девочка, должна понимать, что гонять голубей неприлично. И могла бы пожалеть несчастных птичек, у них инфаркт может случиться. Сейчас мы с тобой зайдём к дяде Сене, порадуем старичка.
Оглядываюсь: женщина ведёт на поводке молодую овчарку.
И всё это в течение двух минут, пока шла по улице Шелгунова. Да, не Мусоргский.
Сюжет первый. Мама катит коляску, где плачет-заливается дитя, хорошо, если года от роду.
— Надоест орать — заткнёшься!
Громко, членораздельно, без усталости и раздражения. Привычно-равнодушно.
Сюжет второй. За спиной слышу:
— Ну ты ведь большая девочка, должна понимать, что гонять голубей неприлично. И могла бы пожалеть несчастных птичек, у них инфаркт может случиться. Сейчас мы с тобой зайдём к дяде Сене, порадуем старичка.
Оглядываюсь: женщина ведёт на поводке молодую овчарку.
И всё это в течение двух минут, пока шла по улице Шелгунова. Да, не Мусоргский.








